Северодвинск. Герб Северодвинска. Город Северодвинск
Северодвинск основан в 1936 году.
Территория города 120 кв. км
С 1936 по 1938 посёлок городского типа Судострой
С 1938 по 1957 город Молотовск
С 1957 Северодвинск
Телефонный код: 8184****** (81842*****)
Численность населения на 2007 год 193.2 тыс. жителей
Город расположен в 35 км. к западу от Архангельска и в 1200 км. от Москвы
С 2009 года мэр Северодвинска Михаил Аркадьевич Гмырин.
Герб города Гимн Северодвинска Справочник Мэр Северодвинска Карты Северодвинска Архангельская область Севмаш Звёздочка Карты районов области Отправка SMS

Образование

Детско-юношеский центр (Дюц) Северодвинска

Севмашвтуз - Филиал  Санкт-Петербургского морского технического университета в г. Северодвинске

Центр юношеского научно-технического творчества (Цюнтт) г. Северодвинске

Архангельский север в составе Российского государства (ХVI-ХVII вв.)

07:05:2008 г.
Волости и уезды черносошного Севера разделялись на 18 территориальных единиц: 14 уездов, Заонежские и Лопские погосты, Устьянские еолости и Чарондскую округу. К Архангельскому Северу относились уезды, образованные на землях бывших новгородских владений (Кольская, Каргопольская, Двинская, Важская, Яренская «волости», Лопский погост)
и на землях бывших удельных княжеств (Великоустюжская и Устьянская «волости», Сольвычегодский, Кеврольский и Мезенский уезды). Сначала уезды («волости») делились на «половины» (например, Двинская «волость», затем Двинской уезд-на Верхнюю и Нижнюю «половины»); позднее (XVII в.) было введено деление уездов на «четверти» (например, Важский уезд делился на Шенкурскую, Верхневажскую, Кокшеньгскую, Подвинскую «чети») и на «трети» (например, Устюжский уезд делился на Двинскую, Южскую и Сухоновскую «трети»); существовало деление уездов на «станы» (например, Важский уезд делился на 11 станов). Низовыми же подразделениями уездов стали погосты, волости, сёла и деревни; волость объединяла от 2 до 150 поселений (например, в волости Верхняя Тойма Важского уезда их насчитывалось до 120); в селении числилось от 3 и более дворов. Встречались и другие наименования явно фискального происхождения - «сотни» (Двинской, Важский и дру гие уезды), «десятины» (Важский уезд), «сошки» (Сольвычегодский уезд), «слободы» (тамже).
Русские крестьяне, а с ними карелы и коми-ижемцы-зыряне создали свою культуру земледелия и животноводства, насколько это было возможно в условиях Севера. Очень рано (вероятно, с XIII в.) в Беломорье завезли крупный рогатый скот, и уже к XVI в. в низовьях Северной Двины была выведена холмогорская порода коров. Повсеместно развивалось коневодство, а на Пинеге и Мезени была выращена выносливая порода лошадей. Улучшалось пашенное земледелие, дополненное различными неземледельческими промыслами - рубкой леса, плотничеством, столярно-мебельным делом, солеварением, судостроением (речным и морским), смолокурением и т.д. Появились микрорегиональные центры промысловой специализации (например, в Холмогорской округе - заготовка птицы, охота на пушного зверя, строительство речных судов, косторезное ремесло, железоделательное производство и пр.). Однако повсеместным было обязательное выращивание хлеба: пшеницы (а также гороха) на юге края, жита-ячменя и овса - на севере. Сеяли зерновые даже в приполярной зоне. Земледелие и животноводство не исчерпывали круг забот северного крестьянина. Продуктов, главным образом хлеба, все же не хватало, и русские земледельцы, не порывая до конца с хлебопашеством, становились по пре-имуществу «промышленниками», используя при этом традиционный опыт коренных народов Севера в охоте, рыболовстве, морском промысле и выпасе оленей.
В крае преобладало черносошное землепользование. Название «черносошный» произошло от словосочетания «черные сохи», т.е. тяглые, зависимые от государства земли. Однако северный крестьянин с «черной сохи» гордо называл свои наделы «вотчинами». Некогда это было именно так, но в течение ряда веков государство целеустремленно, шаг за шагом отнимало у него право собственности на землю. Упорно сопротивляясь наступлению государства на свои права, северная деревня смогла избежать тягот помещичьего гнета. Вторая форма землевладения-дворцовая, была также распространена на Севере; дворцовые земли принадлежали на праве феодальной собственности великому московскому князю, позднее царю и императорскому «уделу» (отсюда - удельные крестьяне). Довольно рано (с XII в.) начала складываться третья форма землевладения - монастырско-церковная. Этому процессу способствовало то, что северные монастыри стали играть роль военных форпостов на дальних рубежах государства. Монастыри в полной мере воспользовались этим пр еимуществом. Они быстро стали монополистами в ряде экономических отраслей. Монахи с прибылью торговали солью, рыбой, мехами. В ряде случаев разбогатевшие монастыри становились заимодавцами государства. Огромными земельными владениями располагали Соловецкий, Антониево-Сийский, Михайло-Архангельский и другие монастыри. Имели свою «долю» земельных угодий на Севере и крупные центральные монастыри, например Троице-Сергиев. Землевладение приходских храмов стояло ближе к черносошному, хотя и оставалось по своему характеру феодальным, особенно на землях Холмогорского архиерейского дома (с 1682). Особой формой собственности являлось землевладение «своеземцев», которое также недалеко ушло от черносошного.
В среде черносошного крестьянства в конце ХУ-ХУ1 в. выделилась прослойка «богатых мужиков», составившая довольно сплоченную группу торгующих и промышляющих «мужей» (такназывали они себя в актовых документах). Историки В.В.Крестинин, Н.Н.Покровский, А.И.Копанев, Н.Е.Носов и другие нашли генеалогические корни крестьянских родов (Вахонины, Едемские, Амосовы-Соломбальские, Заволочаниновы, Кащеевы, Карзины, Кашины, Кологривовы, Кузьмины, Остафьевы, Чевакины, Шахматниковы, Шуйгины и т.д.). Многие из них переселялись в города, записывались в посадские общины, становились купцами. Они скопили в руках значительные «капиталы», причем деньги не хранились в кубышках, а пускались в выгодный торговый оборот. На Севере раньше, чем в центре России, начали складываться предбуржуазные отношения, развитие которых, к сожалению, было искусственно прервано в годы опричнины и хозяйственного разорения в период Смуты.
Своеобразной формой «временного», фактически же пожизненного феодального землевладения были земли так называемых «слободчиков», например владения «именитых людей» Строгановых; получив огромные земли (Соль Вычегодскую, Тотьму, Прикамье) «на время» и «под условие», Строгановы создали своеобразный плавдармдля завоевания Сибири дружинами Ермака Тимофеевича; отсюда же начался великий «исход» севернорусского населения в Восточную Сибирь и на Дальний Восток.
Но было движение и на запад. В 1494 г. русский дипломат Дмитрий Зайцев, возвращаясь домой из Дании, впервые проложил морской путь вокруг Скандинавии к устью Северной Двины. Морские плавания вокруг Скандинавии совершили Григорий Истома (1496), Д.Д.Герасимов и Третьяк Долматов (начало XVI в.) и др. К этому времени русские промысловики плавали в моря Арктики, в поисках лежбищ морского зверя они достигли Новой Земли на востоке и Шпицбергена на западе. Продвигаясь от Кольского полуострова на запад, поморы достигли Варангер-фиорда, где их внимание привлекли «лопарские» ярмарки (Карлеботен в Варангере, Хьервог в Айддегоппе, Вайда-губа). Истоки этих русско-норвежских связей изучали в своих трудах Эйнар Ниеми и И.Ф.Ушаков. Однако мирное сотрудничество наладилось не сразу. Надолго исконно саамские земли Финмаркена (Финнмарка) и Кольского полуострова стали ареной сражений между «мурманами» (норвежцами) и новгородцами. В 1251 г. князь Александр Невский договорился с норвежцами о «двоеданстве» саамов, однако отсутствие четко обозначенных границ привело впоследствии к многочисленным вооруженным столкновениям. В 1326 г. Норвегия и Новгород подписали наконец мирный договор, согласно которому норвежцы отказались от притязаний на Кольский полуостров и признали его сферой русских интересов; общий же сбор дани-ясака с саамов существовал вплоть до конца XV в. Торгово-экономические и военно-политические отношения Руси со странами Скандинавии рассмотрены в трудах И.П.Шаскольского, обратившего внимание на то, что с конца XIII в. появилась шведская угроза как для Норвегии, так и для России; борьба со Шведским королевством затянулась и получила завершение лишь с победой Петра I в Северной войне (1700-21).
nВ середине XVI в. английские мореплаватели-негоцианты заново «открыли» морской путь из Западной Европы к устью Северной Двины. Один из участников экспедиции Хью Уиллоуби (1553), Ричард Ченслер, привел свой корабль к двинскому Никольскому руслу. Он побывал в Москве и заключил первый торговый договор между Англией и Россией. В Лондоне была учреждена «Московская компания» (1555). Примеру англичан последовали голландцы, устано-вившие торговые отношения с Московией спустя 2 года (1557). Двинские купцы Михаил Косицын и Фофан Макаров участвовали в плавании первого русского посланника в Англию вологжанина О.Г.Непеи 1556). Спустя некоторое время русское правительство приняло решение о строительстве корабельной пристани и деревянной крепости («города») на мысе Пур-Наволок в устье Северной Двины. Воеводы П.А.Нащокин и А.Н.Волохов-Залешанин поставили здесь «однимгодом» (1583-84) Новогородок «вкруг» келий и храмов Архангело-Михайловского монастыря (отсюда название будущего Архангельска); около крепости в 1587 г. был учрежден Новохолмогорский посад; объединившись, они стали с 1613 г. именоваться городом Архангельским. Обстоятельное изучение сохранившихся документальных источников по истории Архангельска конца Х^1-ХУИ в. провели В.В.Крестинин, С.Ф.Огородников, Ю.К.Новожилов, Г.Г.Фруменков,Н.Л.Коньков, В.Н.Булатов, О.В.Овсянников и др.
В XVII в. Архангельск оказался единственным морским портом страны. Через него в морской заграничной торговле приняли участие свыше 70 русских городов и земель. Только в 1653 г. через северный город-порт за границу было вывезено товаров на сумму в 1 млн. 151 тыс. рублей (без учета пеньки и шелка). Холмогоры стали уступать свое место как центра Поморья быстро растущему Архангельскому городу.
Европейские государства, переживавшие бурную эпоху первоначального накопления капитала, расширяли поиски новых рынков. Русский Север привлекал их внимание как в торгово-экономическом, так и в военно-экспансионистском отношении.
Предприняли ряд грабительских походов шведские феодалы. В начале XVII в. в северных уездах разбойничали ватаги поляков и литовцев («рокошан») с участием черкасских (украинских) казаков. В эти же годы разрабатывались английские и германские планы военной экспансии Поморья. Русское правительство в целях защиты построило целую систему каменных и деревоземляных крепостей и острогов. Во главе обороны' Беломорья встал Соловецкий монастырь. Не последнюю роль в защите северных рубежей России сыграл Архангельск, где рядом с обновленным деревянным«городом» были сооружены монументальные Гостиные дворы с двумя торговыми частями (Русский и Немецкий дворы) и каменным «городом» (1668-84); это здание удачно соединило в себе качества торгового центра и военно-оборонительного укрепления. Специальное изучение его в разное время проведено К.П.Гемп, М.Ф.Кибиревым, О.В.Овсянниковым, Л.Д.Фирсовой, Л.Д.Поповой и др. Важными по политическим последствиям могли стать полярные экспедиции голландцев (В.Баренц и др.) и англичан (С.Барроу и др.), стремившихся в конце XVI в. пройти северными морями в Китай и Индию. Эти попытки иностранцев проникнуть в сибирские моря были приостановлены русским правительством, запретившим в начале XVII в. иноземцам «ходить морем» в Мангазею и далее на восток. Архангельский Север прошел через крупные социальные потрясения в «бунташном» XVII столетии. Северяне стали основными участниками религиозного раскола, мощного движения старообрядцев. По крестьянско-посадскому Поморью прокатилась волна массовых самосожжений; только в 1675-95 гг. было зарегистрировано 37 «гарей» с более чем 20 тыс. погибших. Нередко крестьяне брались за оружие. Периодизация антиправительственных выступлений разработана в работах П.А.Колесникова. Грозным актом социального и религиозного протеста явилось Соловецкое восстание (1668-76), в котором приняли участие разинцы и жители поморских посадов. В борьбу включились работные люди, объединившиеся в «одиначества» (одиначеские союзы). Городские восстания в центре России получили поддержку в северных городах (Сольвычегодск, Великий Устюг и др.)- Гнет самодержавного государства распространился и на нерусское податно-ясачное население края. Ненцы, например, стихийно роптали на неумерен-ные поборы, в гневе убивали наиболее ненавистных царских воевод и дьяков. Не лучше было положение кольских лопарей (саамов); если у русских поморов они находили поддержку, то государевы люди и игумены монастырей проявляли тягу к золотому тельцу. Например, саамы Ловозерского погоста платили в царскую казну 2 рубля 92 копейки 2 деньги (1574), через некоторое время (1611) они вносили уже 9 рублей 41 копейку 5 денег, а еще через несколько лет (1624) - 15 рублей 82 копейки... Колонизаторская деятельность государства и церкви была весьма далека от христианских заповедей. Подчас противоречивой, непоследовательной была миссионерская деятельность Феодоршпа Кольского,Стефана Пермского и других православных просветителей малых народов Севера.